Петр Иванович Забродин

… Кто умел просматривать дорогу вперед как можно дальше? Это, прежде всего, Петр Иванович Забродин, личность неординарная, грамотный, очень организованный – человек чести и порядочности. Таким я его знал. Даешь ему поручение и знаешь: не надо повторять или перепроверять. Например, вопрос ветхого жилья, который теперь в городе раскручивается и решается. А ведь это была идея Забродина, как раз в тот период, когда государство прекратило финансировать эту область жизни горожан… Это были его, Петра Ивановича, разработки, его подходы.

Он вообще многое успел сделать, Петр Иванович. И многое не успел…

… Дом для ветеранов – другая наша воплощенная идея.

29-я школа. Потребность в ней была громадная. И мы рискнули начать ее строить ещё в тот момент, когда в городском бюджете на это не было ни копейки. Несколько лет строили коробку здания – строили из кирпича, причем столько, сколько позволяли каждый год средства. Школа могла превратиться в долгострой. На что мы надеялись? Почему рисковали? Наверное, потому что ощущали себя чуть ли не на боевом посту, когда в экстремальных ситуациях без риска не победишь. И, конечно, надеялись на промышленные и строительные предприятия – они всегда выручали.

Наверное, энергия Петра Ивановича способна была к материализации. Фактически весной 2000 года – голые кирпичные стены, а к 1 сентября – уже сдали школу! Мобилизован был весь город, финансовые ресурсы изыскали, строителей в массовом порядке туда направили. Огонь, вода и медные трубы – все это был Забродин. Он не умел растекаться по теме, не размышлял подолгу, сотрясая попусту воздух. Скорее он умел сжимать время – после принятия решения. Но предварительно он тщательнейшим образом обдумывал идею, вынашивал и лишь затем шел ко мне и преподносил ее как аксиому.

У него, казалось, мозг не спит даже ночью. Он все время нес мне идеи, почти каждый день, благо наши кабинеты были напротив друг друга. Если он говорил, что надо так-то и так-то, и если я еще добавлял что-то к его идее, стараясь маленько причесать, скорректировать, если его немного заносило – в итоге получалось то, что надо. Так, по крайней мере, многие говорили..

Некоторые работники администрации считали, что не было бы троллейбусного движения в Подольске, не будь моего с Петром Ивановичем тандема, нашей связки. Говорят, что одному мне, без Петра, может быть, и удалось бы осуществить проект, но все это было бы не то и гораздо позже – «потом».

Моторность, беспокойность Забродина были удивительной природы – созидательной. Кто-то много машет руками, другой много кричит, даже ругается матом, но Забродин – организатор действовал совершенно по-иному. Он вел так называемые штабы. Школа, троллейбус, дом ветеранов, мост, другие объекты – на каждую стройку существовал штаб. Причем штаб не на бумаге, а действующий вполне конкретно два раза в неделю, по вторникам и четвергам. Забродин собирал людей, руководителей; один день – на объекте, другой – в администрации. И у него, что называется, муха не пролетит. Чтобы кто-то сказал ему, что завез материалы, когда на самом деле их нет на объекте – ничего подобного даже помыслить невозможно: Петр Иванович знал обстановку детально. Ни обмануть, ни слукавить. В этом был весь Забродин, человек, связующий нити строящегося объекта, связующий людей. Если ты взялся за общее с этим настойчивым человеком дело, ввяз, то пробовать «дергаться», высвободиться – бесполезное занятие. Поэтому девяти месяцев хватило, чтобы троллейбус пошел. Поэтому за лето школу завершили. Мост через Пахру одолели за год с небольшим: демонтировали старый, построили новый, не останавливая надолго движения. Очень короткие, сжатые сроки.

…Конечно, я много идей принимал от Забродина, но много и отсеивал. Но если решение нужно было воплощать в жизнь, Забродин «включался», и замены ему не было. Это его стиль работы – никому не давать покоя: ни себе, ни окружающим, ни природе, ни погоде.

Он искренне гордился профессией строителя, часто повторял: «Бог создал землю, а все остальное возвели на ней строители». Самих же строителей любил величать «строительным войском» – это особенно импонировало его характеру и темпераменту.

Человек моторный, он вполне мог ассоциироваться с вечным двигателем. И он же горячо любил жизнь со всеми ее мечтами, разочарованиями, надеждами и свершениями. Если радовался – радовался искренне, а уж если смеялся – смеялся от души, заразительно, устремляя на собеседника свои игривые в тот момент и немного сузившиеся от смеха глаза. Бешеный ритм жизни мало давал ему побыть наедине с самим собой. В день первых выборов главы города, 19 мая 1996 года, он вдруг ненадолго уехал. Как потом оказалось, уехал на Пахру. На вопросительный взгляд случайно встретившего его у реки руководителя муниципального предприятия ответил: «Когда смотришь на течение воды – проходит усталость». Помню, как однажды, в начале девятого утра, он сказал мне при встрече на дорожке у здания администрации: «Знаешь, иду и думаю о том, что у моего кабинета, как обычно, люди, которым я не назначал, и меня это немного злит.» – Он посмотрел как-то в сторону и после паузы в несколько шагов добавил: «Но это нехорошо, злиться – значит поддаваться усталости». Позволить себе устать было для него немыслимо.

Значимые и добрые земные дела и свершения Петра Ивановича Забродина – известны; они остались искренне любимому им городу и подольчанам, а потому нам, живым, молиться о его душе. И помнить его.

Из книги «Быть добру!» А.В.Никулин, глава г. Подольска в 1992 – 2003 гг.

person/zabrodin_p_i.txt · Последние изменения: 2010/10/16 21:01 (внешнее изменение)
 
Recent changes RSS feed Donate Powered by PHP Valid XHTML 1.0 Valid CSS Driven by DokuWiki